По мнению писателя Владимира Сорокина, российской культуре придется ответить за происходящее в Украине

Писатель Владимир Сорокин дал интервью Financial Times.

По его мнению, российской культуре придется ответить за происходящее в Украине. Но «отмена» не будет вечной: «Немцы тоже заплатили цену после Второй мировой. Многие говорили, что больше не будут читать Гете. Но время прошло, и антигерманские настроения рассеялись»

«Мама, я не могу отказаться, иначе меня посадят»

Как юноша из степного поселка за Волгой оказался на Донбассе и погиб 

Амиль Байрамов. Фото из семейного архива

Текст: Надежда Андреева

«Мы практически перестали терять людей», — заявил председатель комитета Госдумы по обороне Андрей Картаполов, обсуждая с РИА Новости тему погибших во время «спецоперации» военных. Депутат считает, что это стало «результатом изменения подхода к ведению боевых действий». Минобороны в последний раз сообщало о потерях 25 марта. Тогда ведомство говорило о 1351 погибшем и 3825 раненых.

Русская служба «Би-би-си» (в России издание заблокировано Роскомнадзором) к 30 мая обнаружила в прессе и соцсетях упоминания о 3052 погибших. «Сибирь.Реалии»* насчитали более 3100 подобных сообщений.

Суд в Калининградской области по иску гарнизонной прокуратуры признал военной тайной список погибших в Украине российских солдат, опубликованный на сайте псковского издания 60.RU. После этого СМИ в Краснодаре, Самаре, Екатеринбурге, Челябинске, Новосибирске, Красноярске и Омске, входящие в Shkulev Media Holding, удалили мемориальные списки, извинившись перед «родными и друзьями военнослужащих, погибших в ходе спецоперации».

В Саратовской области в первые недели «спецоперации» информация о погибших публиковалась в телеграм-канале областного правительства. Соболезнования родным выражал лично губернатор. Сейчас о жертвах сообщают районные и сельские администрации. Чаще всего — не на официальных сайтах, а в соцсетях или печатных версиях муниципальных газет. Всего органы власти подтвердили гибель 71 уроженца региона. 

Амилю Байрамову был 21 год. 4 мая он погиб на территории самопровозглашенной ДНР. В поселке Советский Дергачевского района его не дождались родители и старшие сестры. 

«Историческая правда»

По единственной асфальтированной улице Советского дети катаются на самокатах. Улица приводит к выкрашенным в синий цвет воротам школы. Это двухэтажное кирпичное здание на 380 мест. Школу построили в 1966 году, когда совхоз «Дергачевский» был миллионером, а герои-первоцелинники могли заработать на «Москвич». Сейчас здесь учится 71 ребенок.  

Школа. Фото: Надежда Андреева

В школьном сквере металлический памятник фронтовикам Великой Отечественной с красной звездочкой наверху. На крыльце — черная гранитная табличка с портретом родившегося в Дергачах гвардии старшего сержанта Кардашенко, в честь которого названа школа. В 21 год пулеметчик получил звание героя Советского Союза за форсирование реки Одер.

За школой — здание интерната, где раньше жили дети из отдаленных сел. В пятницу после уроков школьный автобус развозил их по домам, в воскресенье вечером привозил обратно. В 2014 году в здание интерната заселили беженцев с Донбасса. В Саратовской области были открыты 75 пунктов временного размещения на 3,8 тысячи мест, в пиковые моменты количество вынужденных переселенцев в регионе достигало 9 тысяч человек. Сейчас здание выглядит необитаемым.

В поселковой школе девять классов. Есть отделение «Юнармии». В начале марта для учеников 5-9 классов организовали классный час «Историческая правда», чтобы «сформировать у учеников адекватную позицию по вопросу проведения Вооруженными силами России специальной миротворческой операции». Классный час в честь присоединения Крыма посетили все ученики, включая первоклашек. 

Накануне приезда корреспондентов в школе повесили стенд в честь погибшего выпускника. На верхней части синей пластиковой доски — золотые буквы «Герои рядом с нами». В центре — изображение ордена Мужества (Байрамов награжден посмертно). Ниже — цветные фотографии: Амиль на боксерском ринге, в обнимку с друзьями, с ленточкой выпускника через плечо. Снимок 2007 года: первоклассник Байрамов с букетом в половину собственного роста стоит на школьном крыльце. 

В мае 2022-го перед этим крыльцом поселок попрощался с Амилем на траурном митинге. Гроб, покрытый флагами России и Азербайджана, поставили на асфальтовой площадке с нарисованным белой краской колокольчиком.

Учителя Амиля передали через родственников, что поговорить с журналистами не смогут.

Фото: Надежда Андреева

«Он меня очень любил»

На воротах дома Байрамовых повязаны красные и черные ленточки. «Красные — потому что молодой был, даже не женился. Черные — потому что…», — Эльнара, мама погибшего, не договорив, отворачивается, поправляет повязанную по брови черную косынку.

В середине стола — тарелка с долмой. Амиль больше всего любил это блюдо. Он был долгожданным сыном, самым младшим из детей. По-азербайджански его имя означает «властелин». Жизнь большой семьи крутилась вокруг него. Даже когда сын вырос, мама называла его «балам» — «мой малыш».

Фото: Надежда Андреева

Алескер, отец солдата, дочерна загорелый пожилой мужчина с седой бородой и усами. Он с трудом говорит по-русски, хотя живет в России три десятка лет. Всю жизнь Алескер работал пастухом в отдаленных степных местностях. Еще до школы брал Амиля на чабанскую точку, научил ездить верхом.

«Я говорила сыну: мы с папой — люди без образования, чабан и домохозяйка. Не будь как мы, учись, чтобы встать на ноги, чтобы у твоей семьи все было», — рассказывает Эльнара. Старшие сестры вспоминают, что Амиль в детстве не боялся «ни темноты, ни монстров, боялся только, что мама поругает за двойки».

Зеркало в детской комнате Амиля завешено покрывалом. У окна стоит компьютерный стол — здесь он играл в стрелялки. «Мы все играли, но он — лучше всех. Особенно в Counter-Strike. Из-за этой игры он мечтал стать спецназовцем», — рассказывает сестра погибшего Нармин.

Нармин и Эльнара. Фото: Надежда Андреева

После школы Амиль уехал в Самару. Закончил Поволжский государственный колледж по специальности «Правоохранительная деятельность». В июне 2020 года ушел в армию.

Байрамова отправили в морскую пехоту. 61-я отдельная Киркенесская Краснознаменная бригада дислоцирована в поселке Спутник недалеко от норвежской границы. Зимой здесь бывает до 50 градусов мороза. С октября по апрель — полярная ночь, и даже летом может пойти снег. На въезде в гарнизон стоит памятник бойцам бригады, погибшим в Чечне. На гранитной плите около ста фамилий.

Молодой человек почти сразу подписал контракт. По закону это можно сделать, прослужив три месяца. «Я была не согласна. Спрашивала: зачем это тебе? Он сказал: хочу исполнить свои желания — купить телефон, машину и дом», — вспоминает Эльнара. 

Зарплата контрактника в Спутнике — около 40 тысяч рублей. Нужно тратиться на проезд и аренду жилья в соседней Печенге или Заполярном, так как общежития для контрактников в части нет. 

Через несколько месяцев морпехов из Мурманской области отправили в Сирию. Родственники говорят, что созванивались с Амилем почти каждый день, «там было тихо, никаких боев».

После Сирии солдат приехал в отпуск в сентябре 2021 года. «Сказал неправду, что приедет вечером, хотел сделать сюрприз. В 10:10 утра стучит в дверь. Я открываю — стоит кто-то с букетом огромных роз, ни головы, ни ног не видно. Я спрашиваю: кто вы, можно посмотреть? Вижу шапку армейскую, и прыгаю ему на шею!» — Эльнара счастливо смеется. Добавляет через минуту: «Я всегда буду ждать, что он снова войдет с букетом».

На траурном платье женщины блестит золотая цепочка. Эльнара нежно поглаживает ее пальцами. Цепочку и сережки Амиль подарил ей, когда в последний раз приезжал домой на новогодние праздники. «Я сказала ему: буду носить до тех пор, пока у тебя не родится дочка, тогда ей передам. Теперь не сниму никогда. Он меня любил очень».

Контракт Байрамова должен был закончиться в ноябре 2022 года. Он не собирался заключать новый. Планировал вернуться из Мурманской области в Самару и устроиться в полицию.

Амиль с отцом. Фото из семейного архива

Земля красного цвета

«Брат позвонил в марте. Сказал, что части, которые расположены рядом с ними, отправили в Украину. Через две недели сообщил, что их повезут 7 апреля. Он говорил: я не знаю, что делать, если я уволюсь, меня посадят», — вспоминает сестра Нармин.

«Мы все его отговаривали: не ходи, там в****, там плохо. Он отвечал: не могу, мам, меня посадят на 15 лет!» — рассказывает Эльнара. 

«Потом мы выяснили, что за отказ не сажают. С ним просто расторгли бы контракт из-за невыполнения условий. Но было уже поздно», — говорят родственники.

Амиль оказался на территории, подконтрольной ДНР. «Там какое-то село с длинным названием. Мы, к сожалению, не запомнили», — вздыхают сестры. Юноша постоянно поддерживал связь с родными: звонил с чужого телефона, писал сообщения. Маме говорил, что погода дождливая, но солдат водят в баню, а стрельба, если и случается, то «не в нашу сторону». Эльнара просила его надевать каску и лучше питаться.

«Они ели сухпаек. Раз в неделю привозили гуманитарную помощь: паштет, печенье, — рассказывает Нармин. — Не ставили палаток, чтобы не засекли дроны. Спали по очереди в окопе».

Амиль прислал родным две фотографии из Украины. На одном снимке солдат показывает, как спит, свернувшись клубочком, в землянке. На другом — стоит в лесочке под пасмурным небом. Листьев на деревьях почти нет, перекопанная сырая земля отливает красным. Пальцы юноши заклеены белым пластырем. «Это от мозолей. Автомат такой тяжелый, 45 килограммов, да еще вот эти, — Эльнара жестами показывает, как патронные ленты крест-накрест висят на груди. — Мой мальчик был 170 сантиметров роста, похудел там!»

«Безмерный болевой порог»

Большинство постов на странице администрации Дергачевского района в «ВК» начинаются с фразы «Со словами поддержки в адрес президента обращается…». Поддержку Владимиру Путину выражают самые разные люди — от семейного психолога из совета женщин до тренера по художественной гимнастике, одетой в черную майку с логотипом Nike и надписью Just Do It.

«Наш президент Владимир Владимирович Путин сделал все, чтобы не допустить военной операции. Но в сложившейся ситуации иного выхода не было. Мы искренне переживаем за мирных людей, оказавшихся в зоне спецоперации, и желаем им только добра», — говорит в ролике преподавательница ПТУ, стоя возле учебного плаката «Охрана полезных ископаемых».

Коллектив педагогов МДОУ «Колобок» исполняет песню «Донбасс за нами, и с нами Бог!». Воспитательницы, построившись буквой V, старательно поют под минусовку. Работник культуры в красном брючном костюме представляет видеоклип на песню собственного сочинения «Вы работайте, братья, вперед!»

Девушка в футболке «Юнармии» с двумя косичками, перевязанными атласными лентами, читает стихотворение «Мы русские»: «Как это мелко — санкции, блокада…/ С генетикой героев Ленинграда у нас безмерный болевой порог!»

Фото: Надежда Андреева

Сообщение о гибели Амиля Байрамова появилось в ленте 10 мая между постами о праздничном велопробеге и об акции «Окна Победы» — в рамках этой акции школьники должны клеить на оконные стекла бумажные аппликации. «Печальные новости пришли в наш район, — говорится в сообщении о смерти молодого человека. — Он погиб, выполняя свой долг, защищая будущее своей страны».

К кладбищу ведет укатанная грунтовка, которая кажется белой под ярким степным солнцем. Вдалеке над ковылем дрожат блестящие миражи озер. Прикрыв глаза ладонью, Эльнара оглядывает степь. «Не знаю, кому нужна эта в****. Из-за чего она? Из-за куска земли? Так вот сколько пустого поля. Неужели кому-то не хватает?»

Высокий могильный холм весь покрыт венками и живыми цветами. Вместо памятника — дощечка с закругленным верхом. Черным маркером выведено имя погребенного. «Фотографию военные не велели ставить. Сказали, хохлы могут прийти, будут его ругать», — рассказывает Эльнара.

Мама вспоминает, что обычно Амиль звонил из Украины в промежутке с 17 до 20 часов: «3 мая мы с ним поговорили в восемь часов вечера. На следующий вечер он не позвонил. Я думала, ему некогда».

Поздним вечером 4 мая бывший командир Байрамова, находящийся в Нагорном Карабахе, выставил в Инстаграме**  фотографию Амиля с подписью «Спи спокойно». Подпись увидел один из самарских друзей юноши. Бывший командир дал ему телефоны сослуживцев, находившихся в Украине. Они рассказали, что Амиль погиб от пули снайпера около 17:00. «Друг Амиля позвонил мне в 22:39. Сначала я ему не поверила. Но услышала, как он плачет», — рассказывает Нармин. 

Фото: Надежда Андреева

Сотрудники военкомата привезли официальное извещение о смерти только 8 мая. «В военной части твердили, что у них нет информации. Даже когда тело было уже в пути, — говорит мать погибшего. — Я до последнего не верила. Говорила девчатам: что плачете, может, это ошибка!».

Неделю родные почти не спали. «11 мая около трех ночи я вышла во двор. Увидела вдалеке на дороге фары. Ехала «Газель» ритуального агентства и машина военкомата. Забежала домой, разбудила всех», — Нармин помнит происходившее поминутно. 

Родственники предупредили сопровождающих, что обязательно откроют гроб, так как тело нужно подготовить к погребению по мусульманскому обычаю. Военные не препятствовали. Нармин говорит, что не могла узнать брата, — так он похудел и оброс.

Амиля похоронили в тот же день после полудня. Минобороны взяло на себя всю организацию и расходы. Почетный караул дал траурный салют.

«Сейчас мы еще не поняли, что его нет. Он как будто на службе. Дальше будет хуже, — тихо говорит Эльнара, глядя в стол. — Вчера он мне приснился. Тельняшка, берет. Целует меня: «Мама, ты что, я живой!». Обнимает меня вот так и танцует. Я боялась глаза открыть, вдруг он исчезнет. Открыла — и его нет».

* Издание признано в России «иностранным агентом»

** Социальная сеть заблокирована в России. Компания Meta, которой она принадлежит, признана экстремистской

В центре Кирова вырос «протестный» картофель

«Клумба представляла из себя кусок отравленной земли».

9 мая житель Кирова Александр Леванов высадил на клумбе в центре своего города картошку и поставил пугало с портретом местного чиновника — так он хотел привлечь внимание власти к проблеме озеленения. В ответ мэрия пожаловалась на активиста в полицию и обвинила его в порче зеленых насаждений.

ROMB поговорил с Александром о проблемах Кирова и о реакции властей на его «протестный огород»

«Эту собаку государство не будет содержать» — как работают приюты для бездомных животных в России

«Выпустить их на улицу, это значит выкинуть их на смерть».

Основательница приюта для животных «Хвостатый дом» Яна Водолажская создала петицию, в которой она просит изменить систему финансирования приютов в России. Сегодня уход за бездомными собаками почти полностью лежит на плечах волонтеров, и помощи, которую оказывает государство, недостаточно. А после того, как в России заблокировали и признали «экстремистским» инстаграм, стал почти невозможен и сбор пожертвований.

Яна рассказала нам, как работает ее приют, с какими проблемами сталкиваются зоозащитники и как им можно помочь.

Чеклист, который поможет больше узнать о том, что такое трансгендерность

Недавно ROMB в рамках проекта о подростках «18 плюс» выпустил фильм о проблемах, с которыми сталкиваются молодые трансперсоны.

Мы собрали небольшой чеклист, который поможет больше узнать о том, что такое трансгендерность, а также позволит родителям лучше понять своих детей, если те совершат каминг-аут

Предприниматель превратил здание ТЦ в протестный плакат

изнесмен Дмитрий Скурихин из Ленинградской области превратил свой торговый центр в протестный плакат. За это его обвинили в «дискредитации» ВС РФ.

Это не первый раз, когда на него возникают проблемы с властью. Уже много лет Дмитрий занимается политическим активизмом — он даже избирался в депутаты. Когда-то его поддерживал весь поселок, но после присоединения Крыма к России мнение общества изменилось, а давление полиции усилилось.

Рассказываем, как российский предприниматель пытается изменить общество вокруг себя и что ему приходится ради этого преодолевать.